На прошлой неделе в соцсетях появилось письмо коллектива БУЗ РА «Республиканская больница» – медики анонимно обращаются к Главе РА Олегу Хорохордину (см. фото). А чуть позже в тех же социальных сетях (вроде бы началось с «Вотсапа») появились две аудиозаписи разговора министра здравоохранения РА Андрея Макина с главврачом и начмедом Усть-Коксинской райбольницы Светланой Адыбаевой и Андреем Рыбаковым. Очевидно, первый разговор был записан на диктофон в телефоне, а второй – это запись телефонного разговора. Общение троих (а во втором разговоре – двоих) собеседников весьма любопытно, поскольку высвечивает серьезные проблемы в сфере здравоохранения в нашей республике. Впрочем, выводы делать читателям...

Запись 1.

(Неразборчиво)

Адыбаева: - А как мы должны себя защищать?

Макин: - От кого? От министерства, что ли?

Адыбаева: - Да почему от министерства? От того, что у нас нет на сегодняшний день анестезиолога.

Макин: - Ребята, я еще раз говорю – нет анестезиолога в трех больницах, единственная больница, которая написала об этом в прокуратуру – это вы.

Адыбаева: - Правильно. Чоя – рядом.

Макин: - Какая Чоя?

Адыбаева: - В Чое нет анестезиолога.

Макин: - Причём здесь Чоя?

Рыбаков: - Это хорошо? Вы считаете, это хорошо, что ли? (неразб.)

Макин: - Дорогой мой, когда начинаешь писать, вы должны понимать...

Рыбаков: - Я же вам написал, да не одно письмо... Я же вот письмо...

Макин: - Минуточку! Вы пишете то письмо, дальше-то что? Вы мне сказали, что есть анестезиолог. Анестезиолог не хочет ехать, пока вы здесь работаете.

Рыбаков: - Фамилию скажите...

Макин: - Подождите! Вы кто? Минуточку! Вы кто?

Рыбаков: - Начмед.

Адыбаева: … на время отсутствия...

Макин: - Начмед. Минуточку! Все бумаги на время, когда вы [главврач] отсутствуете. Вы должны согласовать эту бумагу, она не требует, там, внезапного там, срочного решения.

Адыбаева: - Ну а как не срочно?

Макин: - Минуточку! Светлана Альбертовна!

Адыбаева: - ... у нас вот три последних...

Макин: - Минуточку! Вы – главный врач!

Адыбаева: - ... даже умирают...

Макин: - Минуточку! Тогда никто и нигде не умирал! Ещё раз говорю: Все бумаги... Я что, не был главным врачом? Где бы я ни был, со мной всегда согласовывали.

Адыбаева: - И что, и что дальше?

Макин: - Я не могу понять, вы что заняли позицию-то?

Адыбаева: - Какую позицию? Нам нужен анестезиолог!

Макин: - А я что, не знаю?

Адыбаева: - Не по три тысячи в сутки платить! Понимаете? На нормальную зарплату... У нас уже денег нет.

Макин: - Минуточку!

Адыбаева: - Из чего платить-то? Сейчас .... там, недоплатили 19 тысяч... Какие 19 тысяч мы ему недоплатили?

Макин: - Хорошо, хорошо, у вас денег нет. Я буду искать деньги – заведу к вам внутренний аудит, который будет проверять расходование всех финансовых средств. Хотите этого? Давайте, я заведу!

Рыбаков: - Хорошо, как считаете нужным...

Макин: - Давайте, я заведу.

Адыбаева: - Ради Бога! Да что вы нас, пугаете что ли? Андрей Анатольевич, вы нас пугаете?

Макин: - Я вас не пугаю, вы меня пугать начинаете!

Адыбаева: - Да с чего мы вас пугаем то? Мы просим анестезиолога!

Макин: - Минуточку! Я на ваши вещи не реагирую, что ли?

Адыбаева: - Реагируете, но как вы реагируете? В последнее время стали по-нормальному реагировать... До это вы как?..

Макин: - Минуточку, Светлана Альбертовна! До этого вы ко мне не обращались! Вы сами пытались решать...

Адыбаева: - Да, мы сами пытались, как мне сказала Мунатова: это ваши проблемы.

Макин: - Минуточку! Это Мунатова говорила!

Адыбаева: - Мунатова – ваш зам. Она не ставила в известность вас?

Макин: - Нет!

Адыбаева: - Но что же она не согласовывала все эти вопросы с вами, с министром?

Макин: - Вы сейчас чего уходите от вопроса?

Адыбаева: - От какого вопроса?

Макин: - Мы решаем сейчас конкретно вопрос, который сейчас возник! Давайте сейчас к царю Гороху обратимся ещё!

Адыбаева: - А куда мы ещё должны обращаться?

Макин: - Минуточку, ребята. Вы смотрите чего делаете: вы депутатов подняли, вы в прокуратуру пишете. Вы чего хотите от меня-то?

Адыбаева: - Мы хотим анестезиолога, который постоянно бы работал здесь.

Макин: - А я что, не хочу?

Адыбаева: - Но очень странный момент, мы не можем уже полгода анестезиолога...

Макин: - Его не только у вас нет!

Адыбаева: - Но мы-то крайний район, у нас больше некуда!

Макин: - Вот он, Акташ, у них тоже анестезиолога нет. Сейчас в Кош-Агаче нет анестезиолога. Уже месяц.

Рыбаков: - Но это же не есть хорошо. Это очень плохо!

Макин: - А что? И что?

Рыбаков: - Я вам поясняю – когда поступает...

Макин: - Да не надо мне пояснять!

Рыбаков: - Вы меня выслушайте!

Макин: - А что вас выслушивать-то? Вы одно и то же городите!

Рыбаков: - Что я горожу?

Макин: - "Давайте анестезиолога". Я же вам сказал – пускай обратится, вы даже фамилию не стали называть.

Рыбаков: - Когда приезжают с ножевым ранением, давление сорок на ноль, да? И нет анестезиолога…

Макин: - И?

Рыбаков: - Что «и»? Что «и»-то? Когда я звоню вашему замуПутиловой, она – согласно общей [неразборчиво] отправляйте в Усть-Кан. Вы как себе представляете это?

Макин: - И что дальше-то?

Рыбаков: - Хорошо, что нужно делать? Что мне делать с пациентом, расскажите? Медсестра у меня намытая, я намытый, пациент в операционной, дальше что делаем?

Макин: - Вы сейчас о чем разговариваете?

Рыбаков: - Об отсутствии анестезиолога.

Макин: - Об отсутствии анестезиолога. Я же вам ещё раз говорю...

Рыбаков: - Вы мне скажите, как мне действовать в данной ситуации?

Макин: - В данной ситуации никак не действуете!

Рыбаков: - Хоронить пациента?

Макин: - Хороните пациента!

Адыбаева: - А кто потом будет виноват?

Макин: - Вы будете виноваты!

Адыбаева: - В том-то и дело.

Рыбаков: - А почему я буду виноват?

Макин: - Как почему? Потому что вы оказались в той больнице, где нет анестезиолога! Откуда они все разбежались!

Адыбаева: - Из-за того, что главный врач такой. Вы же мне сказали сегодня.

Рыбаков: - Вот тогда мы ответственность будем с вами пополам...

Макин: - Пожалуйста! Будем отвечать за это всё. Я от ответственности не бегу...

Рыбаков: - Как министр говорите, что нужно больного хоронить!

Макин: - Это вы сказали! Не надо! Не надо на меня травлю открывать, ребята!

Адыбаева: - Какая травля-то, Господи? Андрей Анатольевич, вы что говорите-то...

Рыбаков: - Нет гинеколога, вам писали письма: поступает женщина со схватками, с рубцом на матке. Я ходил, кесарил. Вы выступаете на сессии, давайте меня типа [неразборчиво] Вы о чём говорите-то? Вы – министр, вы о чём говорите?

Макин: - А я? Вы что не понимаете, что вы делаете? Вы об этом никому не говорите никогда! Я тоже это делаю!

Рыбаков: - Все консультации у меня записаны.

Макин: - Минуточку! Но так говорить не надо! Вы должны понимать – если вы там произнесли... это нелицензионная деятельность. Вас посадят за это!

Адыбаева: - А за неоказание помощи тоже посадят?

Макин: - И меня посадят! Понимаете, я тоже самое делаю без сертификата, но я не ору на всю республику. Так вы депутатам об этом рассказали. Зачем вы это делаете? Вы себя защищаете?

Рыбаков: - Вот за это что нужно делать?

Макин: - Я точно так же иду, кесарю! Я делаю гинекологические операции. Но я молчу про это! Это плохо! Но я молчу про это! Я молчу, но я делаю!

Запись 2

Макин: - Если выплывет, что он нелегально записал наш разговор в вашем кабинете... Я серьёзно говорю – я его сломаю. Пускай меня уволят, но я его сломаю. Если он хочет, чтобы я хребет ему сломал – я ему сломаю. Поверьте, Светлана Альбертовна. Если вы недопонимаете – вон они, ребята, договорились, дописались. Теперь бегают со следователями. Отмаливают, чтобы срока не было, 15 лет. Поэтому я вас официально, просто по-человечески предупреждаю: если ещё информация за пределы больницы будет выходить о том, отчего там дети помирают новорожденные... Лучше молчите. (Адыбаваева, неразб.)Ну, вы-то понимаете, а почему разговоры по Усть-Коксе другие идут-то? Откуда информация?

Адыбаева: - У нас же новые все сидят... рот не могу никому закрыть...

Макин: - Так вот, Светлана Альбертовна, я ещё раз вам говорю: беречь докторов меня изначально всегда просили. Я всегда их берегу. Сохранить больницу, чтобы она была в рабочем состоянии – это самая главная оценка работы главного врача. Вот о чём надо сейчас думать. Наоборот, надо сплачивать сейчас народ и стараться всё делать.

Адыбаева: - Всё понятно.

Макин: - Докторов никого ни в коем случае не притеснять. Создавать максимум...

Адыбаева: - Никогда никого не притесняла!

Макин: - Светлана Альбертовна, я сейчас не конкретно говорю, а просто прошу вас, что сейчас главная задача – чтобы были доктора, чтобы можно было как-то зарабатывать деньги. (Адыбаева: «Угу»). Позицию вашего начмеда я не понимаю абсолютно. Для меня, тем более для мужика: вот, у меня умирает человек, что мне делать? Ещё раз говорю: я включу все свои связи, поверьте, а у меня их в республике очень много. Я включу всё, я распотрошу его напрочь! Понимаете? Он без трусов на зону сядет! И я найду причину! Ей-богу, найду!

Адыбаева: - Ясно.

Макин: - Поэтому не надо со мной воевать. Вы поймите: вы разменная монета, вы останетесь где? На обочине! И поймите, эта волна вас просто-напросто сметёт. За вас никто не вступится. А вы взялись со мной воевать, с министерством! Ну, а своему помощнику передайте («Хорошо», - Адыбаева), если где-то всплывёт его нелегальная запись, он будет искать пятый угол чтобы от меня скрыться, поверьте! Светлана Альбертовна, вы просто, похоже, недопонимаете, кто я есть. Если я в Усть-Коксе, ой, в Кош-Агаче скрутил в рог людей, включая администрацию... Здесь, сейчас в Горно-Алтайске я просто спокойно работаю, мне только звонок нужно сделать, и начинают тут работать.

1 1 1 1 1 1 1 1 1 1 Рейтинг 4.42 (6 голосов)